f3125c53

Лайне Глэдис - Утро Победителя



ГЛЭДИС ЛАЙНЕ
УТРО ПОБЕДИТЕЛЯ
Рассказ
Лайне Глэдис Оскаровна. Родилась в г. Петрозаводске. Окончила
Петрозаводское музыкальное училище по классу скрипки. Работала артисткой
Оркестра Петрозаводского музыкального театра. С 1971 г. начала работать в
журналистике. Окончила факультет журналистики Ленинградского
Государственного университета им. А. А. Жданова, Работала в газете
"Неувосто-Карьяла", в Союзе писателей КАССР, в настоящее время заведует
отделом в журнале "Пуналипиу". Член Союза журналистов СССР.
В литературе дебютировала в 1980 г. рассказом "Мать и сын". К
фантастике впервые обратилась в 1983 г. рассказом "Утро победителя". Первая
книга прозы вышла в свет в 1985 г. - сборник рассказов "Шаг и другой".
Пишет на финском языке.
Улица казалась Эрнесту ущельем - мрачный, безлюдный провал, рассекший
чудовищное нагромождение бетона, стекла и стали, меди, алюминия и титана, -
этакий фантасмагорический Гранд-Каньон. Самоутверждаясь в стоэтажии,
наивные строители, видимо, полагали, что создают вавилонскую башню.
И превзошли - нелепостью. И теперь стеклобетонные громады стоят,
стыдливо пригасив разноцветье реклам на фасадах, стесняясь пустующих
микрогетто своих квартир.
Жизнь вывернулась наизнанку.
И вслед за жизнью вывернулся наизнанку город - ушел вниз, под уровни
подземки, - дикий, опрокинутый, зазеркаленный небоскреб, по крыше которого
ступал сейчас Эрнест. По этой крыше проносились и машины - уцелевшие жертвы
энергетического кризиса. Забавно- машин стало меньше, однако пешеходов не
прибавилось. Куда ж исчезли люди? Затаились в своих норах, скрываясь от
этого свихнувшегося мира?
Эрнест вдруг тоже ощутил жгучее желание забраться в берлогу.
Закрыть за собой дверь. Чтобы никого; чтобы зализать раны и хоть
немного прийти в себя, если, конечно, это еще возможно. Если не конец.
Похоже, что конец, но человек живуч. И, может, удастся оправиться. Если
забиться в свое логово.
Даже такое убогое и ненадежное, как гостиничный номер...
Перебрасывая футляр скрипки из одной руки в другую, он все ускорял
шаг, но замыкающая перспективу улицы громада "Интерконтинентали"-чуть ли не
единственное здесь живое, исчерченное бегущими огнями еще неразличимых
отсюда реклам, усеянное звездной россыпью окон здание, - приближалась
удручающе медленно. Зря он все-таки пошел пешком. Уж на такси-то ему в
любом случае хватило бы...
Впрочем, дело было, конечно, не в экономии. Просто хотелось пройтись
пешком. Одному.
Откуда-то вынырнул кот - здоровенный котище, самоуверенный и наглый,
двенадцать фунтов поджарых мышц.
Он шел навстречу Эрнесту, не шел - выступал, презрительно вихляя
бедрами, не сводя с него немигающих желтозеленых глаз. Не кот, а воплощение
судьбы.
- Погоди, - сказал ему Эрнест. - Погоди, приятель. Сперва я пройду,
ладно?
Кот шевельнул ухом, прислушиваясь. Черт его знает, то ли не понравился
ему иностранный акцент или просто сказалось окаянство кошачьего племени,
только он недовольно хлестнул хвостом и нахально пересек Эрнесту дорогу,
потом ехидно покосился через плечо и галопом понесся на другую сторону
улицы.
- Сволочь, - с чувством сказал Эрнест ему вслед.И почему это всякая
сволочь норовит перебежать мне дорогу?..
Ему почудилось вдруг в кошачьей самоуверенности чтото от Грейвса.
Смешно - откуда в современном человеке столько мнительности и суеверия? Или
мы не можем обойтись без них, ибо живем в постоянном страхе, предчувствии
грядущих несчастий? До чего же паскудно, однако, устроен мир, если ты все




Назад