f3125c53

Лавкрафт Говард Филипс - Фотография С Натуры



Говард Лавкрафт
Фотография с натуры
Только не думайте, Элиот, будто я сошел с ума, у других бывают причуды
похуже. Почему бы вам не посмеяться над дедушкой Оливера, который не желает
садиться в автомобиль? Мне не нравится ваше проклятое метро, но это мое дело,
да и на такси сюда добираться быстрее. Если бы мы приехали на метро, нам
пришлось бы идти в горку от Парк-стрит.
Знаю, с виду я еще психованнее, чем был в нашу последнюю встречу в прошлом
году, но врачи мне пока ни к чему. Хотя столько всего случилось, что, видит
Бог, странно, как я не спятил. Только не устраивайте мне допрос третьей
степени. Помнится, прежде вы не были таким любопытным.
Ладно, хотите знать, что произошло, не вижу причин, почему бы вам об этом
не узнать. Может быть, вам даже нужно знать, потому что вы стали писать мне,
словно огорченный отец, с тех пор, как я порвал с Клубом искусств и стал
держаться подальше от Пикмана. Теперь он исчез, и я вновь стал время от
времени заходить в клуб, но нервы у меня не такие, как прежде.
Увы, мне неизвестно, что приключилось с Пикманом, но и строить догадки я
тоже не хочу. Вероятно, вы догадались, что я не зря порвал с ним и именно
поэтому у меня нет желания задумываться о том, куда он мог подеваться. Это
дело полиции - но ей не много удастся разыскать, судя по тому, что ей до сих
пор неизвестно о старом доме в Норт-энд, который Пикман нанимал под фамилией
Питере. Не уверен, что сам смогу найти его да я и пытаться не стану, даже при
свете дня! Ну да, мне известно, боюсь, в самом деле известно, зачем ему был
нужен этот дом. И я расскажу вам. Уверен, вам не понадобится много времени,
чтобы понять, почему я не обратился в полицию. Там меня попросят показать дом,
а у меня нет сил снова идти туда, даже если бы я помнил дорогу. Что-то там
было такое теперь я боюсь спускаться в метро и (можете посмеяться надо мной)
даже в подвал.
Надеюсь, вы понимаете, что я не бросил бы Пикмана по тем дурацким
причинам, по которым его бросили вздорные старухи типа доктора Рейда, Джо
Майнота или Розворта. Меня не пугает патологическое искусство, и, если
художник гениален, как был гениален Пикман, знакомство с ним делает мне честь,
неважно, какое направление принимает его работа. В Бостоне никогда не жил
более великий художник, чем Ричард Аптон Пикман. Я говорил это прежде и говорю
сейчас, и никогда не говорил ничего другого с тех пор, как он показал свою
картину Обед упыря . Помните, тогда Майнот отвернулся от него?
Знаете, нужно быть настоящим художником и по-настоящему понимать природу,
чтобы творить, как Пикман. Любому журнальному поденщику под силу наляпать
побольше краски и назвать это ночным кошмаром, или шабашем ведьм, или
портретом дьявола, но лишь великий художник внушит вам ужас правдоподобием
своего творения. Это потому, что настоящий художник досконально изучил
анатомию ужаса и физиологию страха линии и пропорции, соединяющиеся со
скрытыми инстинктами илм наследственной памятью о страхе, правильные цветовые
контрасты и световые эффекты, пробуждающие ощущение новизны. Не стоит
объяснять вам, почему от Фюсли по коже бегут мурашки, а от какой-нибудь
дешевой картинки, помещенной на фронтисписе книжки о привидениях, нас
разбирает смех. Что-то этим людям Удается зацепить помимо жизни, и благодаря
им мы тоже можем это на мгновение зацепить. У Доре такое есть. И у Сайма. И у
адгаролы в Чикаго. И у Пикмана это было так, как ни у кого не было до него и
после дай бог не будет.
Не спрашивайте меня, что



Назад