f3125c53

Лавкрафт Говард Филипс - День Уэнтворта



sf_horror Говард Филлипс Лавкрафт День Уэнтворта ru en В. Дорогокупли i_no_k inok.goo@gmail.com Fiction Book Designer, Fiction Book Investigator 24.07.2006 Запретная книга — русский фэн-сайт Г.Ф. Лавкрафта FBD-1DKDR51X-LID4-QL35-M1TW-X63LMKRFKOD2 1.0 Говард Филлипс Лавкрафт
День Уэнтворта
Неподалеку от северной окраины Данвича начинается область заброшенных полупустынных земель, которые в результате четырех последовательных нашествий переселенцев сперва жителей Новой Англии, позднее франко-канадцев, затем итальянцев и, наконец, поляков были низведены до состояния если не катастрофического, то очень близкого к этому. Первые пришельцы бездумно сводили леса, некогда сплошь покрывавшие эту страну, и стремились выжать как можно больше урожая из бедной каменистой почвы, не заботясь о сохранении ее плодородности; последующие поколения довершили сей не слишком благодарный труд, умудрившись в сравнительно короткий срок окончательно исчерпать местные природные ресурсы. Те, кто приходил сюда позднее, очень скоро оставляли все надежды обустроиться и спешили покинуть этот на редкость унылый и неприветливый край.
Мало кому покажется заманчивой перспектива поселиться в этой части Массачусетса. Дома, некогда добротные и красивые ныне являют собой картину печального запустения.

Кое-где по пологим склонам холмов еще виднеются фермы, чьи древние строения хранят под своей сенью тайны многих новоанглийских поколений; но признаки упадка и здесь налицо в покосившихся печных трубах, осыпающихся стенах и безжизненных глазницах окон. Дороги пересекают местность во всех направлениях, но, едва свернув с главного шоссе, проложенного из Данвича на север по дну широкой и длинной долины, вы окажетесь на заросшем травой проселке, чьи колеи столь же редко оживляются движением, сколь дворы окрестных усадеб голосами живых обитателей.
Впрочем, дух мертвой древности, витающий над этой землей, отнюдь не является единственной и наиболее значимой ее приметой, ибо в здешней атмосфере как нигде более явственно ощущается присутствие чего-то иного, необъяснимого, но определенно зловещего. Здесь остались еще участки дремучего первозданного леса, никогда не знавшего топора, а в глубине узких заросших диким виноградом ущелий тихо журчат ручьи, воды которых даже в самые яркие летние дни не отражают солнечного света.

Вы можете пройти всю долину из конца в конец, не встретив ни одного человека, хотя на некоторых полуразрушенных фермах еще доживают свой век одинокие отшельники; даже парящие высоко в небе ястребы не задерживаются долго над этой мрачной местностью, а черные стаи ворон, пролетая над долиной, никогда не опускаются на землю для отдыха или в поисках пищи. С незапамятных времен края эти пользовались дурной славой; богобоязненые обыватели, верящие в чертей и ведьм, для обозначения того, что здесь творилось, употребляли слово Hexerei1— незавидная эта репутация сохраняется за долиной и по сей день.
Словом, это были не те места, где усталому путнику хотелось бы остановиться, а тем более расположиться на ночлег. И всеже именно ночью а было это летом 1927 года я оказался в долине проездом из Данвича, куда перед тем завернул, чтобы доставить заказчику кухонную плиту. У меня был еще один заказ в районе, лежавшем на север от этого захолустного городка, и, не поддавшись первому инстинктивному желанию выбрать из двух дорог более длинную, ту, что обходила эту долину стороной, я двинулся напрямик, покинув Данвич в быстро сгущавшихся вечерних сумерках. Вскоре по въезде в долину сумерки смени



Назад